BellDomer
Muse Fanfiction. От Ангста до Яоя
Perfect pressure
Автор: Госпожа Фейспалм
Беты: Mr. Mudak
Фэндом: Muse
Пэйринг: Мэтт Беллами/Доминик Ховард
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш, Романтика, PWP, POV, ER (Established Relationship)
Предупреждения: Нецензурная лексика
Размер: Мини, 6 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
Описание:"Кто может знать, как именно он любит проводить свое свободное время, сбегая с афтепати один? Никто не знает, но все додумывают, сплетничают, а он пускает в ход зубы и чуть прикусывает меня, словно зная, о чем я думаю."

Доминик выглядит потрясающе, когда поднимает голову, чтобы глянуть мне в глаза, а я смотрю на его влажный от собственной слюны рот и замечаю свою смазку в уголках его губ. Он демонстративно облизывается, чтобы снова склониться надо мной, захватывая больше и глубже, мыча от удовольствия, подразнивая меня этой восхитительной вибрацией, посылающей покалывающее удовольствие по всему телу.

Сжимаю его потемневшие от пота волосы пальцами, чуть оттягивая вверх, чтобы мне было видно все, что он делает. И он беспрекословно слушается меня – он знает, что не посмеет противиться, он знает, как именно я люблю, он знает точно, что следующим моим действием будет именно это.

Привычно глажу его по голове, подбадривая, а он только прикрывает глаза, отдаваясь процессу целиком и полностью, пуская в ход все свои умения, коих у него так много, что оргазм начинает маячить где-то не так уж и далеко. Он отстраняется, будто почувствовав это, и сменяет губы рукой, обхватывая мой член у основания, двигая медленно, но обещая большее, стоит мне только успокоиться.

- Ты любишь это, - он пытается отвлечь меня словами, и я улыбаюсь. – Любишь смотреть как я отсасываю тебе, а ты чувствуешь при этом себя чертовым завоевателем, - он пробирается свободной рукой мне под футболку, добираясь пальцами до груди и сжимая один сосок.
- Да, - соглашаюсь я поспешно, надеясь, что он продолжит говорить.
- А мне нравится делать это, - он снова касается своим острым языком головки и соскальзывает кончиком в самую щелочку, чтобы слизать новую каплю. – И это, - Дом целует мой член и захватывает в плен рта только головку, втягивая щеки и вырывая из моего горла протяжный и высокий стон.
- Шлюшка, - шепчу я бездумно, откидывая голову на спинку кресла, пальцами оглаживая его лицо, касаясь щек и подбородка, чуть щетинистого, но от этого еще более притягательного.

Я так хочу поцеловать его, распробовать этот непристойный коктейль – его горьковатую сладость от выпитых в баре коктейлей и мой собственный вкус, который он пробует прямо сейчас, сглатывая, чтобы дать мне почувствовать этот момент.

В комнате горит только одна лампа, стоящая в углу, но я все равно вижу все так хорошо, будто мы делаем это под светом тысячи прожекторов, давая всем возможность наблюдать. Но единственный, кто может видеть, как Доминик жадно стонет, захлебываясь долгим звуком, пытаясь взять меня максимально глубоко, - это я, и в этом нет ничего особенного.

Кто может знать, как именно он любит проводить свое свободное время, сбегая с афтепати один? Никто не знает, но все додумывают, сплетничают, а он пускает в ход зубы и чуть прикусывает меня, словно зная, о чем я думаю. И я не смею отвлекаться от этого восхитительного зрелища: его влажных пальцев, держащих меня у основания, горячих и покрасневших губ, двигающихся плавно и всей длине, тяжелого дыхания, горячащего меня еще сильнее.

Распахиваю рот, чтобы наполнить легкие кислородом, пытаюсь надышаться на час вперед, потому что знаю, чувствую, предугадываю, что он хочет растягивать удовольствие так долго, пока не загудят губы от боли, пока их уголки не надорвутся от слишком резких движений, пока он не начнет кашлять, переборщив со старательностью, с которой он берет меня в горло.

Но пока он не намерен останавливаться, а я радуюсь каждой секунде, пытаясь откинуть все лишние мысли из головы и сосредоточиться на том, что я вижу. Его ласковый язык движется медленно, оглаживая каждую выступившую вену, особое внимание уделяя чувствительному месту под головкой, где он долго скользит языком, прежде чем снова не обхватить меня губами.

- Раздевайся, - я решаю немного покомандовать, раз уж имею на это право. Он вскидывает голову, вопросительно глядя на меня. – Но продолжай работать ртом.

Он кивает, возвращаясь губами туда, где им положено сейчас быть. Доминик весь мокрый от пота, его футболка липнет к спине, а я разглядываю его оттопыренную кверху задницу и загораюсь очередной темной идеей, которую всенепременно воплощу в жизнь, как только смогу.

Не прекращая отсасывать мне, он расстегивает ремень на джинсах, звонко шумя пряжкой, изгибаясь в неудобной позе, но продолжая уверенно двигать головой вверх и вниз. Отрываясь ровно на две секунды, Дом стаскивает с себя футболку, оставаясь передо мной в одном только белье, и вскидывает игривый взгляд на мое лицо, а я улыбаюсь ему, раздвигая ноги шире и хлопая бедрам, обтянутым брюками, намекая, что неплохо было бы снять и их.

Прежде чем взяться за стягивание моей одежды, он демонстративно стаскивает с себя белье, и желание осуществить задуманное превышает остальные.

- На постель, - коротко командую я, а Доминик смеется тихо, но встает на ноги и медленно следует в сторону кровати, виляя своей великолепной задницей. – Обопрись на колени и локти, - добавляю я.

Кидая на меня последний недоуменный взгляд, он забирается на постель – она пружинится упруго под его не слишком впечатляющим весом – и делает то, что я сказал. Вставая, я скидываю с себя футболку и теперь мы почти что на равных – обнаженные и возбужденные, только я имею контроль над ситуацией, а он может только подчиняться.

- Не смей смотреть на меня, - говорю я достаточно громко, чтобы он услышал и тут же подчинился моим словам.

В обычной ситуации он всенепременно бы изогнул шею, поворачивая голову ко мне, чтобы одним только выражением лица высказать все, что думает об этой идее, но сейчас он покорно свешивает голову, и мы снова становимся на равных, – я не вижу того, какие эмоции сменяются на его лице, а он не смотрит на меня – и это к лучшему.

Делая три шага до кровати, я забираюсь на нее с той стороны, где Доминик будет лишен обзора, чтобы увидеть меня. Разглядываю его тело, покрытое едва заметными каплями пота, которые стремительно испаряются – он такой горячий, что я, кажется, вижу, как это происходит – с его спины.

Первый шлепок он воспринимает почти что беспрекословно, молчаливо свешивает голову еще сильнее, – еще немного, и он коснется подбородком собственных ключиц. На второй раз кожа на ягодицах раскрашивается яркими пятнами, стремительно белеющими, и он вскрикивает от неожиданности, не успевая, по всей видимости, как следует к этому подготовиться. Не давая ему больше времени на передышку, снова шлепаю уже грубее, с удовольствием наблюдая как на коже расцветают все новые и новые красные пятна.

Доминик возбуждается так, что я только смеюсь, наваливаясь сверху на него, касаясь своим возбужденным и влажным членом его раскрасневшейся задницы, целуя в плечи, вздыхая запах все еще влажных от пота волос.

- Тебе понравилось, - констатирую я, обнимая его обеими руками – одной скольжу по груди, лаская соски, а другой оглаживаю напрягшийся живот и обхватываю стоящий колом член. – Очень понравилось.

Он мычит, не поднимая головы, и я могу представить его лицо так ярко, словно вижу его: раскрасневшиеся от напряжения щеки, влажный от пота лоб с прилипшей челкой, закушенные губы, все еще красные от долгого контакта с моим членом.

- Я…
- Ничего не говори, - перебиваю его, рукой резко перемещаясь на его губы, накрывая ладонью. – Я тебе запрещаю.

Чувствую, как он кивает, вскидывая бедра вверх, чтобы я снова вжался членом в его раздраженную кожу. Что я и делаю, чуть отстраняясь, только вместо того, что он хотел, касаюсь вновь руками, раздвигая ягодицы в стороны, любуясь зрелищем, возбуждаясь еще сильнее, хоть и кажется, что я на это не способен. Слышу тяжелое дыхание Доминика, облизываюсь, предвкушая все, чему еще только предстоит произойти сегодняшней ночью в этой спальне.

Облизываю пальцы так шумно, как получается, чувствую как он начинает дрожать под моим касанием едва заметно, но этого вполне достаточно, чтобы я заметил. Глажу свободной рукой по раздраженной коже успокаивающе, провожу по спине, смахивая последние капельки пота, и проталкиваю в него один палец. Я совершенно не помню где валяется смазка, поэтому нетерпеливому Доминику придется потерпеть долгую и томительную ласку пальцами.

Проталкиваю палец глубже, наклоняюсь и целую его в спину, спускаясь ниже, касаюсь губами выступающих резко позвонков и сплевываю на палец, добавляя второй, вслушиваясь в звуки, которые он издает. Я запретил Дому говорить, но про стоны ничего не упоминал, и он пользуется этим на полную программу, двигает бедрами из стороны в сторону, виляет задницей, насаживаясь сам на мои пальцы, и я добавляю третий, проскальзывая ими как можно глубже, наблюдая, как они плавно входят в его розовое отверстие, смазанное моей слюной.

Щедро плюю сверху еще, вытаскивая пальцы, чтобы толкнуть их еще глубже. Меня всегда завораживает это действо, я люблю трахать его пальцами едва ли не больше, чем чем-то другим, помимо члена, конечно. Его реакция всегда разная, и я готов делать это снова и снова, лишь бы только узнать, как он отреагирует в этот раз.

Мое возбуждение настолько велико, что я борюсь с желанием трахнуть его еще несколько минут, попутно успевая насладиться процессом в полной мере. Вытаскиваю пальцы, слыша, как он стонет разочарованно, вскидывает бедра вверх, лишаясь этого контакта.

Вижу, как его руки подгибаются, и он рушится грудью на покрывало, отворачивая голову так, чтобы не видеть меня – это мой приказ, и он следует ему. У него далеко не слабые руки, он с легкостью таскает меня на руках, работает ими на гигах по несколько часов, а после еще может сделать столько же, если попросят. Поэтому я рассматриваю этот жест как полную готовность двигаться дальше.

Пока я отстраняюсь, мой взгляд падает на чуть сдвинутое одеяло, под которым виднеется тюбик смазки, и я мысленно благодарю провидение за этот подарок. Хватаю его и снимаю крышку, выдавливая побольше сразу на Доминика, а заодно и смазывая себя. Его дыхание настолько тяжелое, что я услышал бы его, даже находясь в другом конце комнаты.

Его темно-розовый член стоит так, что почти что касается живота; он раздвигает ноги еще шире, когда я оказываюсь сзади и вытягивает руки вперед, чтобы ухватиться за края покрывала, хоть в этом и нет особой необходимости. Он выглядит сейчас настолько сексуальным, что я поражаюсь – как я еще не кончил от одного лицезрения открытого передо мной Доминика, во всех смыслах открытого, ждущего, жаждущего.

- Господи, Дом, - озвучиваю я свои мысли, гладя его по ягодицам, размазывая смазку, лаская и успокаивая. – Знал бы ты, как это выглядит со стороны… Блять, у меня так стоит, аж больно.

Он хихикает глухо, уткнувшись носом в мягкую ткань одеяла, и виляет задницей, прекрасно зная, что это движение может довести меня едва ли не до ручки. Но когда я толкаюсь в него, преодолевая весьма слабое сопротивление мышц, он замолкает, шумно втягивая воздух через нос, и выгибает спину как самый настоящий хищник, подаваясь назад, насаживаясь на меня полностью.

Я не двигаюсь несколько минут, глажу его спину ладонями, массирую плечи, даю привыкнуть к этому ощущению, жду какой-нибудь реакции, что позволит мне продолжать. Внутри него горячо, почти обжигающе, и я горю вместе с ним, хотя еще ничего толком и не началось. От предвкушения сводит пальцы на ногах, и я плавно выхожу из него почти полностью.

Чтобы в следующую секунду толкнуться быстро внутрь, держа его бедра, помогая ему подаваться навстречу. Он извивается весь в моих руках, держится пальцами за одеяло, комкая ткань, стонет откровенно и громко, захлебываясь стонами. Я не даю ему передышек, как и себе, толкаюсь быстро и сильно, сжимая зубы, и запрокидываю голову назад, заходясь полувскриком, когда он мстительно сжимает меня внутри, стоит мне замедлить темп.

- Ты такой горячий, - сообщаю первую банальность, которая приходит мне в голову, - я бы трахал тебя без перерывов, выпуская только по нужде, - наваливаясь сверху, чуть меняю положение, чтобы входить в него под прямым углом, и от этих метаморфоз Доминик начинает громко кричать.

Прекрасно зная, в каком угле нужно двигаться, я намеренно толкаюсь внутрь него быстро, хватаю за ребра, глажу соски, держу за талию, иногда вовсе упираясь руками в постель. Но мне хочется изласкать его всего, пока он принимает меня, пока слушается моим отданным приказам, не смотря на меня и не отвечая на мои слова.

Хочу сказать что-нибудь еще, но все тело сосредоточено на том, чтобы доставить Доминику удовольствие. Глажу его бедра и обхватываю напряженный член, начиная двигать в такт толчков. Он может кончить и без помощи рук, но мне хочется быстрее толкнуть его к краю, чтобы следом излиться внутрь – где и без того горячо и влажно от смазки.

Что бы я ни делал с ним, каждый раз мне хочется растянуть это занятие на часы, заставляя его стонать от нетерпения, извиваться подо мной, обвивать меня руками и ногами, кусать больно в шею, лишь бы я продолжал толкаться в нужном темпе. Но сейчас он терпеливо держит себя в руках, а я напротив хочу закончить все быстрее, потому что терпеть практически невозможно.

- Перевернись, - выдыхаю я, выскальзывая из него, а он послушно выполняет приказ, устраиваясь на спине, раздвигая ноги, чтобы я мог расположиться между них. – Смотри на меня.

Он поднимает голову, чтобы глянуть мне в глаза – и в этом взгляде плещется столько желания, что мне становится еще сложнее дышать. Подступающий и отупляющий мысли оргазм посылает болезненно-приятные волны по всему телу, я становлюсь коленями между его бедер и глажу по животу. Необходимость кончить прямо сейчас достигает максимальной отметки, и я не смею сдерживать свой порыв.

Доминик наблюдает за мной, жадно ловит каждое движение, стонет, лаская себя рукой, облизывает губы и ждет момента, когда я позволю ему кончить. Но сперва это нужно сделать мне – в этом не будет сложности, потому что один вид Дома, обхватывающего свой влажный член, достаточно для того, чтобы белесые капли начали падать ему на живот и бедра.

Подрываясь с места, он обхватывает меня пальцами, позабыв о собственном удовлетворении, ловит последние капельки на язык и мычит довольно, как будто в этом была его сегодняшняя жизненная цель.

Все тело дрожит, и ноги слабеют, но я не чувствую себя до конца опустошенным, пока он не слизывает остатки моего удовольствия с головки, откидываясь назад. Весь напряженный, как струна, он выгибается и смотрит сыто и довольно, хоть он и не получил еще своей заслуженной разрядки.

- Ты можешь говорить, - позволяю я, и он в то же мгновение распахивает рот, чтобы ответить.
- Смотри на меня, - он обхватывает свой член пальцами, начиная двигать. – Знал бы ты, как я хотел, чтобы ты кончил внутрь меня, но я не мог сказать об этом.

Я смеюсь, усаживаясь поудобнее – меня ждет первоклассное представление имени Доминика Ховарда. Он, заметив мое пристальное внимание, не может уняться, вертится под моим взглядом, двигает рукой в судорожном темпе и облизывает губы.

- Зато ты можешь сказать все теперь, - подбадриваю я его.
- Теперь не так интересно, и тебе остается только смотреть, - он разводит ноги шире, свободной рукой соскальзывая вниз, чтобы погрузить пальцы туда, где все еще скользко от смазки. – Смотреть как я трахаю себя пальцами, кончая без твоей помощи.

Выгибаю бровь и не смею ему перечить, он получает наслаждение от этого маленького шоу, так пусть делает то, что хочет.

Было бы преступлением соврать, что он выглядит сейчас не сексуально. Доминик выгибается в неудобной позе, чтобы глубже скользнуть пальцами и из-за этого его член остается без внимания левой руки. Но он не особенно этим расстроен, поворачиваясь на бок и толкая пальцы глубже, вскрикивая громко и удовлетворенно.

- Нашел то, что искал? – поддразниваю я, чувствуя, как гудят от напряжения руки, желающие помочь ему.
- Да, - выдыхает Дом, вскидывая бедро выше, чтобы я все мог видеть.
- Кончай, - прошу я почти неслышно, а он кивает в ответ.
- Да, сейчас, еще…
- Доминик…
- Боже…

Он трахает себя пальцами так быстро, что уже через минуту выгибается в болезненно напряженной позе, выплескиваясь на постель, дрожа всем телом. Я наблюдаю за ним, чувствуя, что еще немного и буду готов ко второму раунду.

- Блять, это было так горячо, - говорю я, придвигаясь ближе, цепляя пальцами уголок покрывала, измятого и мокрого от пота, чтобы вытереть его живот и бедра.

Благодарно кивая, Дом подбирается ко мне ближе, устраивая голову на коленях, и смотрит в глаза, давая мне возможность разглядеть там все, что я хочу увидеть. Удовлетворение, любовь и абсолютный покой, который нам так редко удается почувствовать.

@темы: ER (Established Relationship), Mr. Mudak, NC-17, POV, PWP, Госпожа Фейспалм, Романтика, Слэш (яой)