Muse Fanfiction. От Ангста до Яоя
Награда для победителя
Автор: Лиис -Ledi Uprirsing-
Фэндом: Muse
Пэйринг или персонажи: Мэттью/Доминик
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш, PWP, Стёб
Размер: Мини, 3 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен

Этот вечер не несет в себе никакого напряжения или важности грядущего, поэтому Доминик лениво щелкает каналами зомбоящика в поисках хоть чего-нибудь, заслуживающего, пускай и не пристального, но хоть какого-то, внимания. Когда слова немного, но все же отбиваются в мозгу, а не соскальзывают склизкой однородной массой, состоящей из туповатых роликов рекламы, предлагающей очередные «улучшенные ночные прокладки для спокойного сна без протеканий» или очередных бесполезных лекарств, где улыбающиеся счастливой, но, увы, насквозь фальшивой улыбкой модели расписывают прелести нового геля от грибка или капсул от геморроя, и очередных же пустых ток-шоу. Казалось бы, с установленным спутниковым телевидением не должно быть никаких проблем с поиском интересных передач, но, увы, найти что-либо приемлемое оказывается непосильной задачей, что заставляет блондина неразборчиво материться себе под нос и раздраженно тыкать пальцем на несчастную кнопку. Яркие картинки отупляют и вгоняют в транс, и Дом невольно радуется тому, что большую часть времени проводит либо в разъездах, либо в студии, либо в постели, и на то, чтобы забивать себе голову болтовней телевизора у него просто не остается ни этого самого времени, ни желания.
Драммер косится на Беллами, который сидит за роялем и, путаясь в собственных же исписанных кривоватым почерком листах с нотами, пытается что-то наигрывать. Видимо, это у него удается точно так же, как и у Доминика с телевизором, потому что брюнет шумно сопит и то и дело яростно чешет затылок и задумчиво – длинный нос, калякая на, и без того продавленных записках, еще и еще, превращая их, а заодно и свои и мысли, в полнейшую кашу. Хотя, кто сказал, что до этого у фронтмена в башке был полный порядок?
Ховард вновь возвращается к своему другу диагональю в 72 дюйма, и на этот раз ему, если не везет в полном смысле этого слова, то хотя бы настроение улучшается на несколько пунктов – совершенно случайно драммер попадает на трансляцию награждения NME. Он помнит, что где-то там даже затесался великий и великолепный фронтмен и гений вся Вселенной Мэттью Беллами собственной персоной в номинации «Hottest man in music». Правда, едва заслышав эту новость, блондин не преминул саркастически проехаться на эту тему, тонко намекая, что кое-кому не мешало бы взяться за свое тело и за лень заодно, если он и дальше планирует тешить свое самолюбие подобными наградами. Мэтт тогда психанул и молчал целых несколько часов, не донимая свою ненаглядную мишень для практики в остроумии и обеспечив Ховарду немного спокойного существования. Правда, Беллами тут же просек сию фишку, и вскоре его уже снова было не заткнуть, а про обиду он быстро забыл. Доминик же в свою очередь вынашивал мстительные планы реванша и поворота ситуации в свою сторону, не особо на этом зацикливаясь. Постепенно все забылось. До настоящего момента.
Теперь же, наблюдая за дефилирующими по красной дорожке под вспышками фотоаппаратов звездами самой разной величины, Доминик быстро поднимал архивы и старые схемы, вновь начиная раздумывать над возможностью отыграться. Именно в этот момент от Беллами послышались маты и жалобно простонавший рояль, отозвавшийся на резкий удар по клавишам.
- Ну его нахуй, - Мэтт, поднявшись со стульчика, решительным шагом направился к дивану, на котором как раз развалился Дом. Бесцеремонно подвинув друга толчком в бедро, тот уселся и, нахохлившись, словно пингвин, мрачным и немигающим взглядом уставился в экран.
- Что за дерьмо ты смотришь? – скривился он через несколько мгновений, когда, наконец, соизволил обрабатывать информацию, поступающую из бренного и низменного мира своим уникальнейшим во всех смыслах мозгом.
- Меня больше интересует то, что с тобой случилось, - Доминик пододвинулся ближе, фыркая брюнету в шею.
- Дурацкая мелодия… - буркнул ему в ответ этот бесчувственный чурбан, продолжая, насупившись, втыкать в экран.
Именно в этот момент начали называть всех привлеченных к «Горячей» номинации музыкантов, и Ховард не смог удержаться от смешка, замечая мелькнувшую знакомую мордочку. Даже две их таких. «NME как всегда в своем репертуаре», - подумал блондин, продолжая ненавязчиво ластиться к фронтмену, то специально вороша дыханием волосы на виске, то, едва обозначая свою заинтересованность, начиная поглаживать острую коленку, невесомо пробегаясь пальцами выше по бедру. Беллами на оказываемые ему знаки внимания только раздраженно дрыгал ногой от несильной щекотки – видимо, его «я Король и я обижен на весь мир» еще не исчерпало свой лимит.
- Ну-у, же, детка, прекрати, хочешь, я пожалею тебя, милый мой, хороший… - засюсюкал Дом, который решил привлечь чужое внимание чем-нибудь действительно кардинальным, утягивая тело фронтмена на себя и чувствуя приятную тяжесть на коленях сдавшегося без боя брюнета. На такие слова тот посмотрел на него удивленным взглядом, а потом выдал: - Ты ебнулся что ль, Ховард? – напрочь разрушая всю хрупкость и прекрасность этого момента.
- Вот и заботься о тебе потом, неблагодарном, - притворный вздох, и Доминик начинает легко массировать кожу на голове любовника, расслабляя и стараясь отвлечь. Тот поддается очень быстро, и скоро начинает довольно жмуриться и улыбаться. Ховарду даже кажется, что он ощущает легкую вибрацию, как от кота, когда тот мурлычет, исходящую где-то из района шеи Беллами. Именно в этот момент называют победителя номинации, что заставляет одного удивленно вытаращиться в экран, а другого согнуться пополам от смеха.
- Ну, ты посмотри-ка, самый горячий мужчин в музыке – и что? – сейчас валяется у меня в ногах, а до этого психовал как истеричка из-за десятка не складывающихся нот, - все еще посмеиваясь, блондин шлепает фронтмена по заднице, потому как тот очень удобно задрал ноги на подлокотник дивана, и удержаться было практически невозможно.
- Ой, умолкни, блондинка крашеная, да что ты вообще знаешь о муках творчества?
- К счастью, ничего. Зато я знаю, что кое-кому сейчас надо быть на торжественной церемонии вручения награды.
- Ебал я эту награду.
- Что ж, раз ты не хочешь получать приз, а могу сам его тебе вручить… И ехать никуда не надо… - Ховард кусает брюнета в любезно подставленную шею, рукой соскальзывая ниже, на грудь, ощущая кожей мягкую и теплую ткань домашней байки Мэтта. Тот не возражает и довольно хмыкает, радостный, что кто-то собирается утешать Его Величество подобным способом, пока чужие руки путешествуют по его телу, прихватывают в игривом жесте кожу на левом боку, бесцеремонно и, до прекрасного пошло, сжимают через брюки твердеющий член в резком неожиданном жесте. Сам Доминик в этот момент мягко целует фронтмена своими полными губами, устраивая небольшую баталию с его языком, посмеиваясь в рот. Мэтт хватает его за волосы, притягивает ближе к себе властным жестом, прогибаясь в спине навстречу теплу тела любовника. Ховард выскальзывает из-под брюнета, удобно устраиваясь между его разведенных ног. Смотрит с вызовом и буквально осязаемой пошлостью во взгляде серых глаз снизу вверх – прекрасный и покорный – и до зубовного скрежета хочется увидеть то неповторимое выражение, которое появляется у него на лице, когда его стройное тело с ровным золотистым загаром выгибается от сильных толчков Мэтта дугой, и блондин пачкает себе живот и грудь белесой жидкостью, а с его покрасневших зацелованных губ срываются пошлые мелодичные стоны.
Ховард разводит ноги Беллами еще шире, вцепившись тонкими пальцами в колени, демонстративно шумно втягивая воздух над самым пахом распаленного любовника, облизываясь и кусая губы. На продолжающий тараторить телевизор они, увлеченные и поглощенные друг другом, больше не обращают внимания, и он сквозит фоном в раскаленной повлажневшей атмосфере.
Ловкие пальцы пробегаются по пуговице с ширинкой, а следующим жестом с Беллами оказываются стянутыми джинсы, и теперь Дом имеет возможность практически полностью любоваться возбуждением партнера, которое, хоть и прекрасно очерчивается и подчеркивается тонкой хлопковой тканью трусов, все еще скрыто от жадного взгляда. Блондин невесомо касается губами угадывающейся под последней преградой головки, попутно поглаживая внутреннюю сторону бедра. Введет носом выше, по еле видимой дорожке волос к пупку, наслаждаясь запахом любовника, в котором угадываются его тонкий одеколон, возбуждение и собственный, присущий только ему одному, аромат. Резко дергает ноги Беллами еще в стороны, заставляя того одну закинуть на спинку дивана, касается языком чувствительной кожи на внутреннем сгибе языком, чувствуя солоноватый привкус пота. На все его действия Мэтт отвечает учащенным потяжелевшим дыханием и довольным перебиранием волос у Ховарда на затылке.
Доминик отстраняется, окидывая брюнета тяжелым взглядом «расплавившихся» серых глаз – тот выглядит до умопомрачения сексуально и максимально доступно – открытый, расслабленный, с широко раскинутыми в стороны ногами и заведенной за голову рукой в попытке контролировать нарастающее желание. Впрочем, Мэтту не нравится столь долгая заминка, поэтому он, приподняв таз, стягивает белье, тут же утягивая Ховарда обратно. Награда и похвала за сегодняшний вечер для Дома покачивается у него перед носом, и блондин послушно, следуя ленивому жесту, слизывает мутноватую капельку смазки самым кончиком языка, игриво поглядывая Беллами в глаза.
- Давай, отдай уже мне свой приз, ты ведь хочешь этого, так ведь? – шипит Мэтт, приподнимаясь на локтях, поглядывая одновременно раздраженным – от бездействия, - и в то же время предвкушающим взглядом на Дома, на то, как он медлит и дразнится, то находясь близко-близко, обдавая дыханием чувствительную кожу, то снова отдаляясь.
На это Ховард только хмыкает, а затем медленно, но неуклонно берет в рот сразу всю длину, обволакивая ствол своим теплым влажным языком, заставляя фронтмена издать громкий стон и вновь откинуться на спину, сжимая пальцами маленькую диванную подушечку. Губы блондина обхватывают член плотным кольцом, очерчивая каждую венку, снова возвращаются к головке. Доминик с нажимом массирует кончиком языка под уздечкой, заставляя Мэтта снова вскинуться всем телом. Ховард сосет легко и усердно, изо всех сил стремясь доставить как можно больше удовольствия, поэтому быстро и напористо пропускает в самую глотку, сжимает пальцами яички. Отстраняется, обхватывая ствол рукой, скользит ею по всей длине, размазывая смазку. На губах и языке чувствуется вязкий и терпкий вкус смазки, и Доминик довольно облизывается, наслаждаясь вкусом партнера, пока фронтмен снова не направляет его голову рукой к члену. Темп нарастает, а вместе с ним и сила, с которой сжимает Беллами светлые пряди на затылке у драммера, что и является – вкупе с красноречивыми донельзя вздохами – наилучшей похвалой. Сжав спрятанными зубами у головки сильнее, Ховард чувствует яростную пульсацию, и затем проглатывает все, что так щедро дает ему Мэтт, пока тот, вскинувшийся в порыве оргазма, сам не отнимает его голову от паха и не целует глубоко, подтягивая и прижимая к себе.
Едва отдышавшись, брюнет уже спешит выразить свое авторитетное мнение, которое, впрочем, на этот раз, весьма лестно для Дома, хоть он этого и ни за что никогда не покажет:
- Мне нравится приз победителю. Вот бы меня каждый раз минетом награждали. А теперь, может, ты и не в курсе, но почетное «серебряное» место занимаю тоже я. Не хочешь уделить немного времени Мэтту под номером два?
- Кажется, я и так достаточно уже поработал ему на благо, разве нет? – Ховард хмыкает, вытягиваясь и нежась на мужчине и заглядывая тому в глаза.
- Не будь снобом и марш в спальню.

@темы: NC-17, PWP, Лиис -Ledi Uprirsing-, Слэш (яой), Стёб